День памяти Марины Цветаевой

 

  Сегодня – день памяти великого поэта. Ровно 85 лет назад – 31 августа 1941 года – не стало Марины Ивановны Цветаевой. Она покончила с собой в Елабуге, маленьком городке на берегу Камы. Долгое время имя Цветаевой было под негласным запретом. Первый сборник вышел в шестидесятые, его быстро раскупили в Москве и Ленинграде. Тогда возник интерес и к Елабуге. 

  Маленький крестьянский домик в центре старой Елабуги стал привлекать внимание отдельных приезжих интеллигентов с начала 1960-х. Первым в эти окна постучался поэт Евгений Евтушенко. Попросил хозяев просто постоять в сенях. Позже написал стихотворение «Елабужский гвоздь».

Помнишь, гераневая Елабуга,

ту городскую, что вечность назад

долго курила, курила, как плакала,

твой разъедающий самосад?

 

Бога просила молитвенно, ранено,

чтобы ей дали белье постирать.

Вы мне позвольте, Марина Ивановна,

там, где вы жили, чуть-чуть постоять…

  

  Потом приезжали артисты Театра на Таганке во главе с Владимиром Высоцким. Мало кто из местных тогда знал дорогу. Имя Марины Цветаевой для Елабуги в то время ничего не значило. 

 

  Архивы Марины Цветаевой были закрыты до 2000 года. Так решила ее дочь Ариадна. Поэтому лишь 10 лет назад стали доступны дневники, которые вел сын Георгий. Из этих записок и скудных документов удалось выяснить, что же произошло в последние дни августа 1941 года. Цветаева ездила в Чистополь – там поселились эвакуированные литераторы, семьи Асеевых, Чуковских, Треневых. Цветаева очень хотела быть поближе к ним. Искала работу. Тщетно. Пыталась даже устроиться посудомойкой в Союз писателей. 

  Все произошло  в доме, хозяевами которого были колхозники Бродельщиковы. Они понятия не имели о том, что неразговорчивая, бедно одетая женщина – великий русский поэт. За ситцевой занавеской они и поселились: мать и сын. В их отсутствие сюда приходили из НКВД, рылись в вещах Марины Ивановны. Когда 31 августа все ушли на работу, Цветаева написала три записки – сыну Георгию, которого называла Муром, поэту Асееву и эвакуированным. И повесилась. 

  2 сентября Марину Цветаеву похоронили на дальнем Петропавловском кладбище. За гробом шел сын и несколько знакомых. Так получилось, что могилу Цветаевой никто не запомнил. Сын Георгий Эфрон погиб на фронте летом 1944 года. Через 20 лет после гибели Марины в Елабугу приехала ее сестра Анастасия. Ей показали южную часть кладбища, где хоронили эвакуированных. Анастасия увидела раздвоенную сосну – такие они с Мариной очень любили в детстве. Под ней она и поставила крест, который позже заменили обычным надгробием. Теперь это захоронение называют официальным. 

  На месте этой предполагаемой могилы Марины Ивановны установили ограду с буквами «М. Ц». Есть и другие версии, но они менее достоверные. Официальное надгробие, по мнению родственников, также установили не совсем в том месте, что отметила Анастасия. 

  В бывшем доме Бродельщиковых, где прошли последние дни жизни Марины Цветаевой, в 2005 году была создана музейная экспозиция, в деталях воспроизводящая обстановку тех лет. Сохранились мемориальные предметы быта елабужской семьи, а самым ценным для музея экспонатом является маленькая записная книжечка из Франции в сафьяновом переплете. Она принадлежала Цветаевой и была вынута из кармана фартука Марины Ивановны уже после ее смерти. 

  В музее-заповеднике говорят: тема поиска истинной могилы Цветаевой не обсуждается. И цитируют знаменитое стихотворение:

 Но только не стой угрюмо,

Главу опустив на грудь.

Легко обо мне подумай,

Легко обо мне забудь...